Вера объединяет людей

Недавно отметил 55-летний юбилей настоятель Свято-Николаевского прихода г. Тавды протоиерей Сергий Циммер. Благодаря его усердию в городе строится великолепный деревянный собор во имя Николая Чудотворца, в честь этого святого также возведен храм на Тавдинском Ржавце, работают два духовных центра… Накануне этой даты я попросила отца Сергия рассказать о себе читателям нашей газеты.

– Отец Сергий, откуда Вы родом, кем были Ваши родители?

– Родился 26 января 1959 году в г.Караганде, ныне республика Казахстан.

– Кто Ваши родители?

– Простые рабочие. Отец работал слесарем на шахте, мама – в компрессорном цехе на заводе. Отец рано умер, 42 года ему было. Нас трое детей осталось. Жили скромно, мать нас всех к работе приучала, и слава Богу. Старшая сестра на три года меня старше, а вторая на три года младше, я – средний.

– Они живы-здоровы?

– Да, слава Богу, здоровы. Все хорошо. У старшей сестры двое сыновей (один из них священник Георгий Величкин) и шесть внуков. У второй – сын Павел, его тоже в городе знают. У меня самого трое детей, двое внуков.

Как Вы пришли к вере?

– Семья у нас была, мягко говоря, атеистическая. Деда моего расстреляли в 1937 году. Он преподавал в высшей партийной школе в Краснодаре. Расстреляли старшего брата в семье, а всех остальных с детьми – было 12 детей, они уже были взрослые – и моего отца, в том числе, сослали в Казахстан – выкинули в снег. Кто выжил, тот выжил. Разговоров о вере не было вообще, но мать всегда воспитывала в нас ответственность и трудолюбие. Если ты что-то пообещал, то должен это обязательно выполнить. Так она нас с детства приучала. Когда мне было лет 15, я прочитал Евангелие. У соседей нашлась такая тоненькая брошюрка, изданная в Лондоне. Она меня очень поразила. Я рассказывал друзьям, подругам о том, что там прочитал, так это было интересно и необычно. И это не забылось, а отложилось где-то в уголке сознания. Закончил Горное училище в Шахтинске, работал слесарем, закончил Горный техникум, работал механиком на шахте. Потом мы с женой уехали на Украину. Жили в Славутиче. Там я работал пять лет на атомной станции в Чернобыле после аварии. Жена заболела, и мы уехали в Тавду.

А почему именно в Тавду?

– Потому что жена у меня тавдинская, здесь мы с ней познакомились и поженились. Галина сильно болела, но с помощью Божией выкарабкалась. Господь спас.

Расскажите о своем служении?

В общем-то, служение, как таковое, в жизни присутствовало и раньше. Служил в рядах Армии. Но мое сознание противилось тому, чтобы просто прожить и умереть. Душа с этим не могла смириться. Я не мог представить себе вот так всю жизнь прожить: ходить на работу, зарабатывать деньги, для того чтобы просто жить. Тогда я о душе ничего не знал, просто было внутреннее несогласие. Я считаю, что жизнь должна быть прожита не зря. Это значит надо чему-то или кому-то служить: или идее или людям… Сейчас-то я знаю, что к чему, кому служить и как. Это все понятно. А тогда у меня было несогласие. Душа моя и сознание не могло смириться, и поэтому я стал искать смысл жизни. Многие люди рано или поздно задаются этим вопросом. Раньше, как всем молодым людям, мне хотелось иметь хорошую квартиру, нормальную обстановку, воспитать троих детей – не меньше, работу хорошую и т.д. Когда я работал в Чернобыле, там платили хорошо. Четырехкомнатную квартиру нам дали, за год мы ее обставили. Все условия были: зарплата, работа нравилась, дети подрастали. А желания все закончились – те, что я себе планировал. Достиг земных планов, а дальше-то что? Я понимал, что не может человек довольствоваться этим.Потом я и начал искать Истину. Я был, оказывается, не крещеный, а погруженый. Я пришел покреститься к отцу Сергию Бочкареву, Царствие ему Небесное, в Кошуках. Я покрестился и ушел, не задумываясь, для чего это мне, зачем. Многие и сейчас так поступают: душа их влечет, они крестятся, но не знают, зачем это, какие обязанности налагает Крещение и вступление в Церковь. Что ты приобретаешь с этим, тоже многие не знают и сейчас. Я также не знал. Я искал смысл жизни. Где только ни искал: и в разных религиях, и в книгах духовного содержания, и не только духовного. И, естественно, не мог найти.Потом мы подружились с Александром Русиным, который тоже был озадачен этим вопросом. Сейчас он иеромонах в Оптиной пустыни, а я служу. А тогда ходили по разным религиозным организациям, но мы не находили ответа на свои вопросы. Тот смысл жизни, который нам предлагали, нас совершенно не устраивал. Их ответы на наши вопросы нас не удовлетворяли. Но почему-то к Церкви обратиться не было даже не то что желания, скорее в нас было недоверие к Церкви. Так нас учили все годы советской власти. И поэтому мы Церковь откладывали на последнее, думая тогда, что Церковь – это что-то древнее, темное, недоразвитое: бабульки молятся, которые ничего не понимают.Это потом у нас открылся наш приход, в котором первым настоятелем стал отец Виктор Бабицин. Я сам не понимал, не знал, почему я иду в Церковь. Это Господь меня просто брал и приводил, направлял – приду, постою… До этого в Кошуках тоже приеду, постою, подумаю: «Зачем сюда приехал? Ну, куплю какую-нибудь книжку». Потом опять в городе зайду в церковь, там служба идет – что я тут стою? Куплю какую-нибудь книжку. А дома начну читать и нахожу ответы на свои вопросы. Так потихонечку доверительное отношение к Церкви появилось, потому что вера наша от знания.Потом в храме к отцу Виктору подошел, мытарил его вопросами, домой к нему пошли. Где-то часа три мы с ним беседовали, он мне все разложил по полочкам. Дал ответы на все мои вопросы. А на следующий день я пошел на исповедь, покаялся, причастился – и, слава Богу, до сих пор я в Церкви. Глупо было с моей стороны, или гордость неимоверная, что я вот так к Церкви относился. А все ответы получил здесь. А потом Сашу привел сюда, мы с ним вместе стали ходить в храм. Мне предложили диаконом стать..

– Кто Вас рукополагал?

Владыка Никон тогда служил. Это было 16 лет назад. А потом стал священником, меня назначили настоятелем. Я не собирался быть священником никогда. Если бы мне 20 лет назад сказали бы, что я буду священником, я бы не просто не поверил, а «сказал бы тогда человеку все, что я о нем думаю». То, что я стал священником, было неожиданностью даже для меня самого. Я это понял и принял как волю Божию. Хотя я понимал, что я грешный, недостойный человек, и тогда, и сейчас так считаю, но Богу угодно было, Он меня поставил на это служение, и вот 17-ый год служу. С Божьей помощью, конечно. Как служу, Господь Сам разберется, Сам видит и даст оценку, но мне нравится служить Богу и людям. А когда человеку нравится его работа или служение, то дело делается с большой радостью и рвением. Александр Русин уехал в монастырь, в Оптину Пустынь, потом побывал здесь, мне помог на приходе, опять уехал, сейчас он там иеромонах Владислав.

– Вы, батюшка, часто ездите в Оптину Пустынь?

Раз в несколько лет, отец Владислав приезжает сюда в отпуск. Мы видимся, иногда перезваниваемся.

– Какие уроки Вы извлекли для себя во время своего служения в Чечне?

Десять лет назад мне предложили съездить в командировку в Чечню – окормлять воинов. Окормляю тюрьмы уже 17 лет. Солдаты и армия мне не очень-то близки. Но если бы я не поехал, я бы себя перестал уважать. Мне предложили, и я не мог не согласиться. Два месяца мы были в Чечне. В войсках мы встречались с разными людьми. Мне очень запомнилась поездка в Грозный. Он был весь разбит, и храм архангела Михаила был разбомблен, но там сохранилось небольшое помещение воскресной школы, мы там совершили богослужение. Отец Михаил из Москвы (он окормлял десантников), журналисты НТВ были… Тогда в городе было опасно. Мы читали акафист Пресвятой Богородице в конце Великого поста. Было 20-25 прихожан. Я говорю: «А почему не уезжаете?». Ответ их был замечательным: «А, как же храм?». Для меня это было серьезным уроком и вразумлением. Вот какие прихожане. Они в любой момент могли быть быть убитыми, изуродованными, забранными в рабство – там беспредел был полный – но они не уезжали только из-за того, что не хотели бросить храм. Это верность приходу, не батюшке, а именно приходу… Меня это поразило, и до сих пор ориентирует на правильное воспитание прихожан. Не знаю, насколько это получается. Священник … сегодня один, завтра – другой, а мы должны любить, благоукрашать, охранять храм – как те прихожане.

– Там не было постоянных служб?

Нет, приезжал кто-то из священников в командировку из России, и тогда там совершались службы. Исповедовали, запасные Дары есть – причащали. Прихожане, сохранив верность Христу, Церкви и своему приходу, получили новый храм, который им восстановили, отреставрировали. Сейчас у них замечательный храм. Они его выстрадали. А тогда приход охранялся вооруженными омоновцами днем и ночью, охраняли тех, кто там дежурил. Если бы пришли боевики, они бы все разграбили. Хотя там и грабить-то нечего было, но осквернили бы… Вера людей проявилась и чувство верности своему приходу и своему храму. Вот этого не всегда хватает у нас, потому что мы в таких ситуациях не бываем. У нас чуть не в шаговой доступности все. Даст Бог, чтобы таких прихожан было больше, которые не просто пользовались бы услугами прихода, а любили его.

– Расскажите, отец Сергий, поподробнее о новом храме?

– В новом храме мы уже служили на праздник Николая Чудотворца в декабре, на Новый год, на Рождество. Сейчас, если горожане поактивнее подключатся, то тогда можно будет к Пасхе сделать алтарь и притвор и начать там служить, молиться, строить и обживать это новое место.

– Что, кроме храма, там планируется построить?

У нас собор. Там будет три престола: святого Николая Чудотворца, пророка Илии, иконы Казанской Божией Матери. Кроме него, будет построено в виде буквы «П» здание площадью 3 тыс. кв. м., планируется возвести еще один крестильный храм во имя святого Спиридона Тримифунтского. Здесь будет построена двухэтажная воскресная школа, музей, выставочный зал, актовый зал, библиотека, гостиница на 22 человека, дом для священства. В комплексе будет трапезная, церковная лавка и часовня святой великомученицы Екатерины. Сюда можно будет привести усопшего и оставить на ночь, даст Бог, наладим чтение неусыпаемой Псалтири. Вот такой будет комплекс. Конечно, средств надо будет много, но миром это все можно сделать. Быстро пока не получается, но в общем-то так всегда и было: начинали на копейки, которые собирали прихожане, а потом подключались люди, у которых были средства и дальше дело финансировали.На следующей неделе мы готовим очередное заседание попечительского совета. Мы с Александром Евстигнеевым, председателем фонда «Духовное возрождение», дадим полный отчет: сколько средств мы потратили, что сделали, сколько средств нам надо еще в будущем, чтобы осуществлять дальнейшие работы. Подведем итоги. За эту зиму мы запустили в храме тепло. Слава Богу. Сейчас до логического конца доводим алтарь, потом – притвор. Тогда можно будет к Пасхе заехать в новый храм. Средства нужны, т.к. работы еще много: двери внутри храма, перила балкона на клиросе…Это архитектурное сооружение будет украшением нашего города. Трудно найти что-то более духовное, чем храм, а если это будет храмовый комплекс, то вообще замечательно! Хотим летом, если получится, заняться благоустройством территории перед храмом. Забор надо металлический кованый ставить. Деревянный резной иконостас почти готов, к Пасхе должны его установить.

– Где его изготавливают?

В Арамиле, в мастерской по изготовлению иконостасов. Нынче Церковь отмечает 700-летие преподобного Сергия Радонежского, и не случайно этот год объявлен годом культуры. Духовную культуру должно воспитывать. Человека можно развратить, а можно сделать святым. Таким был преподобный Сергий Радонежский, не зря его называли игуменом Земли русской, главным молитвенником русского народа. Его юбилей знаменателен, его житие – хороший пример для всех нас. К чему мы должны стремиться? К святой Руси. Недостаточно Руси быть грамотной. Европа тоже грамотная, но там «голубые» везде, даже в правительстве. И у них это нормально, а на Руси во времена Ивана Грозного сжигали содомитов, настолько это было неприемлемо. Культура – это еще не признак того, что общество или народ духовны. Если духовная культура привита, народ греховное просто не будет терпеть. Слава Богу, благодаря тому, что Русь когда-то была православная, эти корни у нас есть на генетическом уровне, все у нас сохранилось. Есть неприятие того, к чему склоняется Европа.

– Есть ли в планах построить домики на Тавдинском Ржавце?

Там домик пока есть, но он уже маловат. Приезжали недавно предприниматели из Тюмени, дров накололи, сушняк пособирали – для них это не унизительно на святом месте потрудиться. Они предложили избу побольше поставить, с русской печью. Но я сейчас озабочен тем, чтобы туда сделать дорогу. Будет дорога – будет все. Будет воля Божья, Господь поможет. В планах это все есть. Говорят: » Если хочешь насмешить Бога – расскажи о своих планах». Как Богу угодно – так и будет. Будет воля Божья – будет дорога, не будет воли Божьей – значит будем ходить, пробираться с трудами. И слава Богу!

– Вы возглавляете церковный округ. Что входит в обязанности благочинного?

– Благочинный должен смотреть за порядком в благочинии, чтобы все соответствовало чину, чтобы все совершалось благочестиво. Благочинный рассматривает проблемы, нестроения, которые происходят на приходах, плюс делает отчетность за все приходы.

– Сколько в благочинии приходов?

Зарегистрировано 17 приходов, в нашем благочинии 9 священников, один диакон.

– Кто Ваши учителя?

– Хорошим учителем для меня был и остается владыка Викентий. Я его очень люблю, уважаю, всегда советовался с ним по любым вопросам и просил его благословения, и всегда он мне помогал.

– А сейчас связь сохранилась?

Да, мы встречаемся, он приезжает… Перед поездкой в Иерусалим встречались. Господь сподобил меня четыре раза съездить на святую Землю – свозить группы, с людьми помолиться. Это большое вдохновение, укрепление в вере. Удивительно, как Господь благословил мне, такому недостойному столько раз съездить. Тем не менее благословил, может быть, по маловерию – чтобы укрепился. Мы с паломниками рассуждали так: «Господь сподобил нас слабых, немощных сюда отправить, чтобы мы укрепились в вере, стали духовно крепче».Нужно, чтобы все православные христиане были более сплоченными. Врагу приятно, когда мы разъединены. Время, в которое мы живем, с одной стороны, благодатное, потому что Церкви разрешили все. Служи, как хочешь, проповедуй, где хочешь, свой телеканал открывай, радио, газету, с амвона вещай все, что хочешь, строй храмы, и администрация тебе поможет. Но, с другой стороны, времена коварные, потому что от свободы у человека много соблазнов, и труднее прийти к вере, труднее увидеть внутренний мир, мир своей души. Человек более рассеян, его расслабляют телевизионные шоу, развлечения и уводят от пути истинного. Раньше не было ни ТВ, ни радио. Был храм Божий, было Евангелие. Сидели дома зимой, читали жития святых, пока пряли, вязали – за зиму можно было столько всего узнать! Человек с детства ходил в храм Божий, впитывал слова Евангелия, слова богослужения, молитв. Вот так и прививалась духовная культура…

– Что можете пожелать работникам культуры в этот год?

Пожелаю им нести в народ именно духовную культуру, потому что духовная культура определяет все. Ведь умение петь-плясать, вести себя правильно, соблюдать обычаи – это еще не духовная культура…

– Как подняться на эту ступень?

Посмотрите на мусульман. Коран что-то предписывает, что-то запрещает. Мусульман объединяет ислам, формирует их духовную культуру. И у русских людей объединяющим началом тоже может быть вера. Мы можем объединиться в ненависти к президенту, но эта ненависть не объединяющая, она – разъединяющая, греховная. Зависть тоже может нас объединить, но какие результаты будут? Она создаст какую-то преступную группировку. Объединились, а цель какая?Что определяло жизнь наших предков? Православная вера. А сейчас в России духовная культура на последнем месте: 98% крещеных, а в Церкви – 4%. Где остальные? Только вера способна объединить русский народ и направить ко спасению. Это объединение приведет ко спасению России. Оно ведет ко спасению каждого из нас, к жизни бестелесной – в вечности.

Каменская епархия с благодарностью примет Вашу помощь на поддержание её уставной деятельности.